Прямой эфир

Выкл.
Вкл.
00:00
00:00
Театр Выставки Кино Книги Музыка Архитектура История

"Действующие лица" Ток-шоу

Эпизод

28 декабря 2004 | 14:10

Роман КОЗАК

«Действующие лица», 23.12.04, 14.00
Ведущая - Марина Багдасарян


М. БАГДАСАРЯН:  Здравствуйте, я с удовольствием представляю вам Романа Козака. И встречаемся мы с Романом Козаком как раз накануне премьеры спектакля «Сон в шалую ночь», который поставила в театре имени Пушкина режиссер Нина Чусова. Почему накануне премьеры мы приглашаем Романа Козака? Потому что у него есть возможность прийти, а у тех, кто делает этот спектакль, нет такой возможности -  ни у Нины Чусовой, ни у замечательных художников Виктора Платонова и Евгении Панфиловой (Платонов делает сценографию, а Панфилова костюмы), ни у актеров, которые погружены в эту историю уже не первый месяц. Так что Роман Ефимович Козак абсолютный парламентарий?

Р. КОЗАК:  Абсолютный.

М. БАГДАСАРЯН: ... делегированный театром для того, чтобы отвечать на все возможные вопросы, в том числе и на ваши вопросы. Здравствуйте, Роман.

Р. КОЗАК: Здравствуйте!

М. БАГДАСАРЯН: Почему «в шалую ночь», а не «в летнюю ночь»?

Р. КОЗАК: Я попытаюсь ответить, хоть я и делегирован театром, но я не делегирован замечательным переводчиком этой пьесы. Это не первый перевод Осии Сороки пьес Шекспира, мы уже играем спектакль «Ромео и Джульетта» в переводе этого замечательного переводчика, недавно ушедшего из жизни, и «Король Лир», который когда-то начинал Анатолий Васильев с Андреем Поповым во МХАТе, а мне довелось даже быть участником этого спектакля, я репетировал Эдгара. Собственно, Васильев и открыл этого переводчика тогда, после чего его переводы стали расходиться, мы их читали как когда-то какую-то литературу на кухнях.

М. БАГДАСАРЯН: Они изданы, у вас есть возможность с ними ознакомиться?

Р. КОЗАК: Да, восемь пьес переведено, по-моему.

М. БАГДАСАРЯН: Я прошу прощения, просто ты не сказал, что Васильев начинал, а потом была история, которую сделал Сережа Женовач.

Р. КОЗАК: Да, Сергей Женовач, будучи главным режиссером театра на Малой Бронной, сделал спектакль «Король Лир» в переводе Осии Сороки, так что время от времени на Москву налетает Сорока, скажем так.

М. БАГДАСАРЯН: А что тебя тянет в этот перевод?

Р. КОЗАК:  Замечательный шекпировед, феноменальный, на мой взгляд, ученый Бартошевич, предваряя книгу переводов Сороки, пишет очень толковые вещи о той самобытности подхода Сороки к Шекспиру, прежде всего это живой язык. Если смотреть на судьбу Шекспира, родившегося в Стратфорд-на-Эйвоне, в маленьком городке, или смотреть на судьбу Шекспира такого как бы штампа, клише, канонического, лондонского, монументального, британского, пафосного, то Сорока как раз живой, как будто, как пишет Бартошевич, «из окна этого Шекспира автор видит, как по улице ходят гуси, курицы, бегают животные, и он пишет эти пьесы».

М. БАГДАСАРЯН: Словно сидит рядом с Шекспиром.

Р. КОЗАК: Да. Очень живой и простой. Он наводит мост между шекспировским сюжетом и русским языком, а это самое главное в театре, тем более, когда мы речь ведем о таком авторе, как Шекспир. Сорока доказывает, что «Сон в шалую ночь» точнее, чем «Сон в летнюю ночь», поскольку речь идет о сказочной ночи, поэтому Шекспир имел в виду именно конкретную праздничную ночь.

М. БАГДАСАРЯН: Да, ту самую, когда можно сойти с ума, ошалеть от счастья, и вообще создается впечатление, что это не обязательно ночь, это просто некое состояние, да?

Р. КОЗАК: Совершенно верно, ведь если дословно с английского переводить, это означает не сон в летнюю ночь, а праздник, летний праздник сказки и любовного забытья.

М. БАГДАСАРЯН: А кому пришла идея поставить именно эту пьесу, тебе или Нине Чусовой?

Р. КОЗАК: Поступательно все развивалось. Во-первых, Нина поставила в театре уже один спектакль «Вий» по Гоголю в филиале на Малой сцене. Кстати, когда я пришел в театр, она была приглашена мною одной из первых режиссеров.

М. БАГДАСАРЯН:  Почему?

Р. КОЗАК: Я посмотрел ее спектакль «Герой» по ирландской пьесе Синга в Молодежном театре и понял, что это очень талантливый режиссер, очень интересно развивающийся, очень интересно размышляющий, и позвал. Она поставила «Вий» - очень удачный спектакль.

М. БАГДАСАРЯН: Это на сцене филиала?

Р. КОЗАК: Да, я думаю, что вообще театр Пушкина -  очень удачное для Нины Чусовой пространство. Как говорится, постучу по столу, но я сегодня уже видел утренний прогон, и думаю, что и на Большой сцене спектакль ждет, по-моему, интересная судьба, я имею в виду «Сон в шалую ночь», премьера которого состоится завтра, 24 декабря.

М. БАГДАСАРЯН: Я хотела бы сказать, что у радиослушателей есть шанс попасть в театр имени Пушкина на премьерный спектакль «Сон в шалую ночь». У нас есть всего три пары билетов, и первые три человека, которые оставят свои сообщения на пейджере, имеют все шансы посмотреть этот спектакль уже сейчас, в уходящем, стремительно уносящемся от нас 2004-м году. Кстати, что касается выбора перевода. В свое время, когда Роман Козак взялся за постановку «Ромео и Джульетты» в переводе Осии Сороки, я пошла к станции метро «Кропоткинская», у меня в руках было два текста - один в каноническом переводе, а другой в переводе Осии Сороки -  и мне удалось опросить 50 человек, и примерно 50 на 50 из этих 50-ти выразили свое отношение, кто-то высказался за канонический текст, а кто-то за перевод Осии Сороки.

Р. КОЗАК:  Острое соревнование. Оранжевых не было?

М. БАГДАСАРЯН -  Я пошла не для себя, а для того чтобы показать людям, что все имеет право на существование, если оно хорошее, качественное, сильное, великое. Так, идем дальше, ты позвал Нину Чусову ставить спектакль. Кто первым сказал про «Сон в шалую ночь»?

Р. КОЗАК:  Нина. Мы рассматривали несколько пьес, что-то я предлагал, что-то Нина, затем мы круг уменьшали, просто я так работаю с каждым режиссером, которого зову в театр, и в конце концов остановились на этом предложении, которое исходило от Нины.

М. БАГДАСАРЯН -  Как она это мотивировала?

Р. КОЗАК:  Да разве надо это мотивировать? Это же Шекспир. Мы обсуждали несколько пьес, естественно, Шекспир как автор звучал. Потом мы решили, что та группа артистов, на которую мы предполагали эту работу, укладывалась удобнее всего в эту пьесу, и в итоге мы остановились на ней.

М. БАГДАСАРЯН -  А какую группу артистов вы имели в виду? Про кого вы думали?

Р. КОЗАК:  Про тех, кто завтра выйдет на сцену, -  Андрей Заводюк и Виктория Исакова, Александра Урсуляк, Наталья Карагодова, Илья Барабанов, Сергей Ломбимин, Ирина Бякова, Константин Похмелов, Сергей Миллер, Ирина Петрова, Денис Ясик.

М. БАГДАСАРЯН -  Ясик -  это твой студент?

Р. КОЗАК:  Нет, он бывший студент.

М. БАГДАСАРЯН -  Сначала появилось желание что-то поставить для этой группы актеров или сначала все-таки Нина Чусова предложила эту пьесу?

Р. КОЗАК:  Нет, сначала Нина Чусова.

М. БАГДАСАРЯН -  Хорошо, мы определились с пьесой, с группой актеров, и пришло время определяться с художниками. Понятно, что Виктор Платонов -  человек театру имени Пушкина не чужой, потому что общение с ним началось, если я правильно понимаю, в театре-студии «Человек»?

Р. КОЗАК:  Очень давно, еще когда театр-студия «Человек» был в институте Связи. Я Витю знаю с детства. Свой первый спектакль «Академия смеха» в театре Пушкина я сделал с ним, и теперь уже Витя, что называется, один из основных сценографов театра имени Пушкина. После «Академии смеха» он выпустил «Вий» с Ниной Чусовой, потом я выпустил с ним «Трое на качелях» на Большой сцене, сейчас -  «Сон в шалую ночь», и дальше сразу же...

М. БАГДАСАРЯН -  Опять твой спектакль?

Р. КОЗАК:  Мой спектакль «Джан» по повести Андрея Платонова.

М. БАГДАСАРЯН -  А что характеризует Виктора Платонова?

Р. КОЗАК:  Ну, во-первых, прежде всего талант. А еще он очень партнерский человек, он соавтор, а для меня это прежде всего ценно в тех, с кем я работаю. Он не просто соавтор, а такой редкий тип, который вместе со мной проходит весь путь от начала до конца, для которого гвоздь в планшете сцены и картинка одинаково важны. Это самое ценное.

М. БАГДАСАРЯН -  Мы на секундочку прервемся, потому что, если я правильно понимаю, у нас вопрос, и вопрос этот по телефону, надень, пожалуйста, наушники. Здравствуйте.

≈ Здравствуйте. Меня зовут Лена, я хотела бы, Роман, вам задать вопрос. Я слежу за репертуаром вашего театра и видела «Ромео и Джульетту». Скажите, пожалуйста, в театре имени Пушкина были очень хорошие, достойные, детские спектакли, мы с дочерью смотрели «Остров сокровищ», «Принцессу Бромбиллу», сейчас почему-то ее нет в репертуаре, не будет ли? Это очень интересный спектакль. Спасибо.

Р. КОЗАК:  «Принцесса Бромбилла» это давний таировский спектакль, еще до моего прихода был такой опыт возобновления только не спектакля этого, просто была самостоятельная постановка, которая сама собой сошла на нет, и теперь этого спектакля давно уже нет в репертуаре. Недавно вышел новый детский спектакль, уже третий в репертуаре театра. У нас есть «Аленький цветочек», «Остров сокровищ», который вы смотрели, и «Кот в сапогах», который сделал наш молодой режиссер Евгений Писарев, это такой музыкальный спектакль.

М. БАГДАСАРЯН -  Это музыкальный спектакль или мюзикл?

Р. КОЗАК:  Я так боюсь слова «мюзикл» и пытаюсь его не употреблять.

М. БАГДАСАРЯН -  Почему боишься?

Р. КОЗАК:  Потому что оно не свойственно пока нашему театру, и, слава Богу. Это музыкальный спектакль, у нас все-таки драматический театр.

М. БАГДАСАРЯН -  Мы говорили про Виктора Платонова, про то, что он партнерский человек, и про то, что он делает все для того, чтобы эта декорация была не просто декорацией, к сожалению, у нас нет возможности убедиться в этом, потому что не идет уже «Академия смеха», «Трое на качелях». Может быть, мы сразу объясним, почему не идут?

Р. КОЗАК:  Я временно приостановил показ спектаклей, я не снял их с репертуара, думаю, в конце сезона «Трое на качелях» возобновятся, но вместо Андрея Панина будет играть другой артист, хотя я не могу бросить камень в Андрея и сказать, что я его меняю, потому что он блистательный артист┘

М. БАГДАСАРЯН -  ... и он блестяще существует в этом спектакле, да?

Р. КОЗАК:  Блестяще, он мой давний, мой артист, -  я не могу так сказать, я вообще не могу по отношению ни к кому так сказать, но мы с ним сделали очень много спектаклей.

М. БАГДАСАРЯН -  А почему не можешь сказать, что «мой артист»?

Р. КОЗАК:  Я не люблю присваивать, чтобы не вгонять потом этого человека в неловкие ситуации.

М. БАГДАСАРЯН -  Да, и навязывать ему какое-то обязательное существование?

Р. КОЗАК:  Конечно, потому что если он захочет себя таковым считать, я только обрадуюсь, а если нет, его дело.

М. БАГДАСАРЯН -  Подожди секунду, сейчас сразу спрошу, в этом спектакле была идея, чтобы они менялись ролями, во всяком случае, она была заявлена сразу, но ни разу не осуществилась?

Р. КОЗАК:  Не осуществилось, потому что эти персонажи, эти пассажиры очень заняты, и нам трудно сводить их планы.

М. БАГДАСАРЯН -  Там еще Феклистов и Фоменко┘

Р. КОЗАК:  Да, Николай Фоменко, Александр Феклистов и Андрей Панин очень востребованы, у них много работы, поэтому пока этот фокус не удался, но бог его знает, может быть, случиться.

М. БАГДАСАРЯН -  А что с «Академией смеха»?

Р. КОЗАК:  Я пока не могу решить для себя этот ребус, я не снял его с репертуара, я считаю, что это один из лучших спектаклей театра Пушкина, посмотрим, жизнь покажет.

М. БАГДАСАРЯН -  Я думаю, что сейчас самое время перейти к спектаклю «Джан», который готовится к выпуску на сцене филиала театра имени Пушкина. Скажи, пожалуйста, когда и почему ты понял, что это твой текст? Как это все возникало?

Р. КОЗАК:  Это моя давняя детская мечта.

М. БАГДАСАРЯН -  Даже детская? Что ты называешь детством?

Р. КОЗАК:  Я имею в виду мое детство в искусстве, еще в студии «Человек» лет 20 тому назад я уже хотел это сделать, потому что я вообще обожаю прозу Андрея Платонова, считаю это каким-то уникальным явлением в словесности, в мировой литературе. «Джан» это что-то вообще отдельно стоящее, такая горячая, невероятной температуры проза, язык которой можно очень азартно передать средствами театра.

М. БАГДАСАРЯН -  Инсценировал?

Р. КОЗАК:  Я позвал Андрея Курейчика, есть такой молодой минский драматург, я читал его пьесы и мне показалось, что как раз именно ему инсценировку надо бы сейчас предложить, поскольку он работает, как бы стилизуя самого себя. Он принес мне несколько вариантов, мы с ним немножко поработали, я что-то переделал, и получилась пьеса.

М. БАГДАСАРЯН -  А на афише твоя фамилия и Курейчика?

Р. КОЗАК:  Нет, на афише фамилия Андрея Платонова.

М. БАГДАСАРЯН -  Я имею в виду инсценировку.

Р. КОЗАК:  А в программке будет написано «сценическая версия сделана при участии Андрея Курейчика». Передать это невероятно трудно, когда видишь текст и он тебя сшибает, и хочется его делать в театре, а ты не знаешь, как его делать, это первый признак того, что его надо делать. В конце января, 27-го января, я надеюсь, состоится премьера спектакля по повести Андрея Платонова «Джан». Поскольку эта проза необычна, и сюжет в ней необычный, я пригласил Аллу Сигалову как соавтора пластической жизни этого спектакля, более того, она сама будет одним из действующих персонажей. Этот спектакль на троих.

М. БАГДАСАРЯН -  Она текст тоже произносит?

Р. КОЗАК:  Я сейчас не хочу раскрывать все карты. В спектакле заняты молодые артисты Илья Барабанов, Саша Матросов и Алла Сигалова. Вот эти трое выйдут на сцену 27-го января.

М. БАГДАСАРЯН -  А кто спектакль оформляет, то есть придает ему жизнь?

Р. КОЗАК:  Придает ему жизнь Виктор Платонов, а Женя Панфилова делает костюмы.

М. БАГДАСАРЯН -  Евгения Панфилова относительно новый человек в этом театре?

Р. КОЗАК:  Мне кажется, она очень способная молодая особа, очень интересно развивающаяся.

М. БАГДАСАРЯН -  Где ты ее заметил?

Р. КОЗАК:  Я ее заметил в нашем доме, она дружит с моей дочкой Аней. Я ее знаю с детских лет, знаю очень хорошо ее маму Валентину Тихоновну Панфилову, директора театра имени Моссовета, мы очень давно дружим семьями. Женя очень талантливый человек, она по-современному мыслит, я думаю, что у нее хорошее будущее.

М. БАГДАСАРЯН -  Параллельно с этой режиссерской историей есть еще актерская история в жизни Романа Козака. 4-го января он выйдет на сцену Московского Художественного театра для того, чтобы отметить 300-й спектакль «Амадей», да?

Р. КОЗАК:  Да.

М. БАГДАСАРЯН -  У вас за плечами мощное актерское прошлое, которое становится настоящим, возвращается в свою актерскую ипостась. Есть ли у вас потребность выходить на сцену и играть?

Р. КОЗАК:  Я бы не сказал, что истоптал все подошвы в поисках возможности выйти на сцену, я не исключал, что когда-то, может, это произойдет, просто я всегда так отношусь, что меня должно найти, а не я должен искать.

М. БАГДАСАРЯН -  А никто не предлагал?

Р. КОЗАК:  Предлагали, Юрий Иванович Еремин. Я ему предлагал такой интересный эксперимент, как только я возглавил театр, из которого он ушел, я предложил ему поставить спектакль. Он ответил, что только с вами на сцене.

М. БАГДАСАРЯН -  Это была шутка или┘?

Р. КОЗАК:  Нет, абсолютно серьезно. У меня есть текст, который пролежал у меня в столе около года, я знал, что не должен его выкидывать, там первая страница была забавная, но времени прочитать не было. «Косметика врага» Омели Нотомб, это неизвестная бельгийка, которая очень популярна на Западе. Это даже не пьеса, а повесть в диалогах, на двоих людей. Как-то перебирая свой стол, я взял конверт, открыл первую страницу, потом вторую, потом третью, и 40 минут пролетело как один миг. Я понял, что у меня лежала здесь невероятная литература. На середине чтения я увидел Костю Райкина и себя в этой истории, потому что сама структура этого текста и его смысл позволяет двум худрукам двух московских театров выйти на сцену в актерских работах. Я тут же позвонил Константину Аркадьевичу, предложил ему почитать текст, он сразу подъехал, а уже минут через 40 позвонил и сказал, что это потрясающе. Мы этим же вечером встретились, за рюмкой виски договорились обо всем -  о том, что мы будем это делать вдвоем, на два театра, один вечер мы будем играть в театре имени Пушкина, где приглашенным будет Райкин как артист, а в какой-то вечер этот спектакль будет идти на сцене театра «Сатирикон», где приглашенным будет уже Козак. Вот так мы сговорились и сейчас уже репетируем каждый день.

М. БАГДАСАРЯН -  Константин Райкин и Роман Козак?

Р. КОЗАК:  Да. Все не случайно. Мы уже столько совпадений находим, а сейчас мы позвали Аллу Борисовну Покровскую, мою учительницу, нашим третьим что ли глазом. Костя ее давний партнер по «Современнику», и нам сейчас просто режиссерско-постановочной мысли не хватает. В этом спектакле необходимо более острое чувство правды актерского существования. Алла Борисовна нам очень помогает в этом смысле.

М. БАГДАСАРЯН -  О правде актерского существования Алле Борисовне Покровской можно судить. Достаточно посмотреть только один спектакль «Мещане» в МХТ в постановке Кирилла Серебренникова, где играет Алла Покровская. Более того, экспертный совет фестиваля «Золотая маска» счел возможным номинировать Аллу Борисовну Покровскую именно за участие в этой работе на «Лучшую женскую роль». А что касается «Косметики врага», то театр Пушкина в более выигрышном положении, чем «Сатирикон», потому что удобнее прийти в театр Пушкина смотреть этот спектакль, чем в «Сатирикон». Вы не думали об этом?

Р. КОЗАК:  Я хочу сказать, что театр «Сатирикон» феноменально развивается как коммерческая творческая структура. Я был недавно на спектакле «Сеньор Тодеро», который идет третий сезон. В театре довольно большой зал, там где-то на 200 мест больше, чем в театре Пушкина. Зал полный, свободных мест нет. А потом есть зрители, которые уже привыкли ходить в какие-то определенные места и являются поклонниками определенного театра.

М. БАГДАСАРЯН -  А ты видел «Контрабас» с Райкиным?

Р. КОЗАК:  Да.

М. БАГДАСАРЯН -  Удивительная история. Как он держит зал!

Р. КОЗАК:  Да, удивительно.

М. БАГДАСАРЯН -  У нас есть еще буквально восемь с половиной минут для того, чтобы поговорить с Романом Козаком о том, как дальше будет развиваться театр имени Пушкина. Что ждет театр Пушкина? Какое направление? Какие спектакли должны появляться? Какие режиссеры будут привлекаться?

Р. КОЗАК:  Собственно, я и не занимаю все пространство, и постоянно в сезоне работают другие приглашенные режиссеры. Недавно в филиале Александр Огарев, на мой взгляд, очень интересный режиссер, ученик Анатолия Васильева, сделал спектакль по новой хорватской пьесе «Дети священника» -  очень любопытный спектакль.

М. БАГДАСАРЯН -  Это вторая работа Огарева в этом театре? Ведь есть еще «Парящая лампочка», это по Вуди Алену.

Р. КОЗАК:  Да. Идут спектакли Кирилла Серебренникова, с которым у нас ведутся переговоры, он будет ставить «Федру» Расина. Я начну репетировать большой спектакль на основной сцене по Эрдману «Самоубийца», он должен выйти в середине ноября следующего сезона, это уже в следующем сезоне.

М. БАГДАСАРЯН -  А кто, прости, в главной роли в «Самоубийце»?

Р. КОЗАК:  В главной роли Владимир Николенко, и в этом спектакле вообще занята почти вся труппа театра имени Пушкина. Есть идея молодого режиссера Жени Писарева, мы, наверное, рискнем сделать пьесу-водевиль Лабиша «Копилка», в каком-то смысле обратимся в сторону французского шансона, это будет как бы стилизация, перенос в другое время, но за основу будет взят сюжет и текст замечательной пьесы Лабиша.

М. БАГДАСАРЯН -  Не случайны все эти прикосновения к музыкальным спектаклям, к музыкальным историям?

Р. КОЗАК:  Эта линия действительно не случайна, поскольку в труппе театра организовалась целая группа способных к этому молодых людей, и грех это не использовать. После «Ночей Кабирии» мы в этом убедились, хотя это был титанический труд, который провела Алла Сигалова в этом спектакле. Я имею в виду людей, способных существовать в стилистике музыкального театра. В новом сезоне Алла Сигалова тоже приступит к большому музыкальному спектаклю.

М. БАГДАСАРЯН -  Что это будет?

Р. КОЗАК:  Это будет музыкальный спектакль по прозе пока у нас мало известного русского эмигрантского писателя Гайта Газданова, который очень хорошо известен на Западе, он жил и умер во Франции.

М. БАГДАСАРЯН -  Но он на самом деле известен, потому что его книги издавались.

Р. КОЗАК:  Да, в последние годы. У него есть потрясающий роман «Призрак Александра Вольфа», на основе которого будет сделано либретто, написана музыка. Молодой режиссер Виктор Рыжаков, известный театральной Москве как лауреат премии за спектакль «Кислород»┘

М. БАГДАСАРЯН -  Были еще спектакли «Бытие номер 2» и «Валентинов день».

Р. КОЗАК:  Да.

М. БАГДАСАРЯН -  А еще Виктор Рыжаков был актером ТЮЗа.

Р. КОЗАК:  Да, и он преподает в Школе-студии, мы с ним, так сказать, часто общаемся, я считаю, что сегодня это один из самых интересных режиссеров, он к концу этого сезона выпустит на филиале немецкий текст под названием «Коса», этот спектакль┘

М. БАГДАСАРЯН -  А что означает «выпустит текст»?

Р. КОЗАК:  Это очень любопытный текст, который пришел к нему давно, и...

М. БАГДАСАРЯН -  Прозаический?

Р. КОЗАК:  Нет, драматургический, это монотекст.

М. БАГДАСАРЯН -  На одного актера?

Р. КОЗАК:  На одного большого, скажем так, артиста, там еще будут несколько артистов заняты, но это в основном моноспектакль, это исповедь человека, немца, прошедшего войну. Я хотел бы, чтобы этот спектакль прозвучал в конце сезона, в начале мая.

М. БАГДАСАРЯН -  К 60-летию Победы?

Р. КОЗАК:  Я не хотел так примитивно называть, что это к дате, хотя к этой дате мое сердце абсолютно открыто, и совершенно не стесняясь говорю: я хотел бы, чтобы об этом со сцены говорилось языком искусства. Как раз этот потрясающий текст потрясающего накала и таланта пришел в наш театр, благодаря Виктору, и мы попытаемся сделать в конце сезона этот спектакль. Затем ведутся переговоры с Мариной Брусникиной, будет спектакль по прозе Пелевина, тоже на филиале, это такие ближайшие планы, которые я могу озвучить. И потом Кирилл Серебренников с «Федрой».

М. БАГДАСАРЯН -  И Кирилл с «Федрой» на ближайший сезон?

Р. КОЗАК:  Да.

М. БАГДАСАРЯН -  Последний вопрос, господин Козак, играет ли в театре еще Вера Алентова? Если да, то в каких спектаклях?

Р. КОЗАК:  Вера Валентиновна потрясающе играет в моем недавнем спектакле прошлого сезона «Наваждение» по пьесе Галина и в «Недосягаемой».

М. БАГДАСАРЯН -  Итак, вы понимаете, что вопросам к Роману Козаку нет числа. Остается пожелать успеха спектаклю «Сон в шалую ночь», успеха молодым и не только молодым актерам театра. Появление, например, «Самоубийцы» Эрдмана с Николенко в главной роли говорит об очень многом, это значит, что Роман Козак приглядывает за всеми поколениями актеров и готов удивляться сам и открывать в них самые яркие черты, которые готов опять же преподносить нам, зрителям. Итак, с наступающим Новым годом.

Р. КОЗАК:  Спасибо.

М. БАГДАСАРЯН -  Успеха театру, успеха тебе, и в актерских, и в режиссерских мечтаниях. И я думаю, «Косметика врага» будет не последней историей, а будет началом возвращения актера Романа Козака к актерской жизни.

Р. КОЗАК:  Мариночка, дай это сыграть, подожди.

М. БАГДАСАРЯН -  Я понимаю, что я несколько опережаю события, тем не менее, мне этого очень хочется, чтобы те, кто не видели Романа Козака-актера, сделали это, увидели и открыли для себя этого актера тоже. Спасибо всем, до встречи, увидимся завтра.